Это именно отрывок, не начало, поэтому некоторые нити повествования выглядят обрывистыми и недостаточно ясными (я просто не очень умею писать голографически, чтобы тексты выглядели полносвязными даже в отрывках)
***
За дверью царила непроглядная чернота, в которую я с размаху влетел. Дверь бесшумно захлопнулась за спиной.
— Здравствуйте, Иван, — знакомым шелестящим голосом обратилась ко мне тьма. Проморгавшись от остатков "зайчиков" и искр, я увидел, что вокруг всё же не темнота, а скорее, густой полумрак — тусклая лампа под плотным абажуром хоть и освещала в основном себя, всё же давала достаточно света, чтобы скорее угадать, чем увидеть протяжённость узкого светлого стола, ряды стульев вокруг него и различить силуэт сидящего около лампы.
Он наклонился ближе к лампе, превратившись в белую маску с провалами на месте глаз — так странно легли тени — и приглашающе махнул сухонькой морщинистой рукой.
— Присаживайтесь, Иван. Прошу простить за несколько неудобное освещение — но мои старые глаза плохо переносят яркий свет.
— Кто вы? Где я? Зачем? Почему? — накопившиеся вопросы теснились в глотке, мешая друг другу, пока вперёд не пробился самый главный вопрос. — Что с Лисой?!
— Не кричите так, Иван, у меня слух пока хороший, да и Отто тревожить не стоит, а то вначале пристрелит, а потом спросит, надо ли было.
— Извините, нервы.
— Да вы присаживайтесь, Иван, в ногах правды нет. Да и смотреть на вас снизу вверх мне неудобно: шея затекает. Присаживайтесь, разговор предстоит долгий.
Стул оказался жёстким и неудобным, но выбора не было.
— Вы спрашиваете, что с Лисой… Василисой Патрикеевной Дубовой, вашей женой, да? Тело которой, помимо своих выдающихся качеств, является всего лишь одной из многих аватар, а сознание надёжно скрыто в недрах серверов Виртландии? Думаю, с ней всё в порядке.
Я невольно вздрогнул, старик почти дословно повторил мои утренние мысли. Была во всём произошедшем с утра некая странность, но задуматься о ней я не успел, старик продолжил:
— Кто я? Зовут меня Карп Щукич, я директор компании "Аэтерна Вита", которая занимается защитой человечества от внешних и внутренних врагов. Вы о нас, конечно же, не слышали, настолько мы секретны.
Старик сделал паузу. Не дождавшись заверений от меня, что "конечно же, слышал" или, наоборот, "впервые слышу", он усмехнулся уголком рта:
— Как вы думаете, кто самый опасный враг человечества? Инопланетяне? Захватчики из соседнего измерения? Смертельные вирусы? Природа? Как думаете? Смелее, Иван, не молчите. Не бойтесь ошибиться.
— Э... Мы сами?
— Браво! Не ожидал. Почти верно. Наша человеческая глупость — вот наш враг. Из-за которой мы не замечаем врагов и пребываем в расслабленности и беззаботности. А враги не дремлют, того и гляди нанесут свой подлый удар. Теперь, что касается "зачем" и почему"…
Из-за двери раздался громкий крик и взрыв, от которого всколыхнулось всё здание. Лампа подпрыгнула на столе, опрокинулась, покатилась, упала, но не разбилась. Тусклый луч подсветил Карпа снизу, превратив его лицо в пугающую маску гнева.
— Немедленная эвакуация! Всему персоналу срочно покинуть здание согласно плану пять-а-дробь-икс-восемь, — возвестил приятный женский голос. — Ситуация экс-два ноля.
Взвыли сирены, но как-то приглушённо, издали. Старик как-то странно задёргался, вцепившись в свой стул.
— Иван! Не сидите сиднем, помогите же!
Кашляя от внезапно возникшей пыли, я бросился на помощь, не очень понимая, что надо делать. Чудом не запнувшись о стулья, я обогнул стол и беспомощно затоптался около старика.
— Я ничего не вижу, темно!
— Сейчас будет светло, — старик сделал странный жест рукой к глазам. — Лариса, верхний свет, пожалуйста!
— Включаю верхний свет, — всё тот же приятный женский голос.
К счастью, свет включился плавно, почти не ударив по глазам. Сразу стали видны клубы пыли, ползущие по комнате от растрескавшейся стены, пустой длинный стол и мой собеседник: лысый старик в инвалидном кресле.
— Не стойте столбом, помогите с креслом, оно застряло! — прохрипел старик, повернув ко мне бледное лицо с плотными чёрными очками, закрывающими глаза.
Подёргав кресло за ручки сзади, я смог понять, что ему мешает: ножка стула заклинила колесо. Устранив проблему, я откатил старика от стола и остановился, мучительно соображая, что делать дальше.
— Ива… кхе-кхе, ван! Везите меня к двери, другого выхода нет.
В руках старика невесть откуда появился пистолет, который он, впрочем, направил на дверь, то ли указывая путь, то ли держа под прицелом вероятную опасность.
Подкатив старика к двери, я опять замешкался: несмотря на мои рывки, дверь никак не хотела открываться.
— Ива-ан, — удручённо протянул старик, налюбовавшись на мои усилия, — Ива-ан, дверь открывается наружу.
Мысленно обругав себя последним дураком, надавил плечом на дверь — та слегка поддалась, будто её с той стороны кто-то удерживал. Навалился ещё и ещё, отвоёвывая миллиметры, стараясь не думать, что мешает двери открыться. Наконец, преграда подалась и дверь распахнулась, обдав меня новыми клубами пыли.
Стараясь не смотреть... не смотеть, я сказал! и не дышать, я вцепился в ручки инвалидного кресла и, зажмурившись, покатил старика наружу. У него очки тёмные, ему проще не видеть.
— Стой! — внезапно скомандовал старик. Чуть приоткрыв глаза, я понял, что мы остановились в дверях, сбоку от которых... не смотреть!
— Ставлю задачу! — хриплым шёпотом приказал старик, закашлялся и, прикрыв рукавом нижнюю часть лица, глухо продолжил. — Максимально быстро довезти меня до входной двери — комната, возможно, простреливается.
— Что? — глупо переспросил я.
— Представьте, что это такая игра в виртуальной реальности, хорошо? — после недолгого, но напряженного молчания попросил старик. — И что вам нужно с первой попытки пройти этот уровень. Поэтому внимательно посмотрите, какие препятствия на полу, чтобы не перевернуться и не тормозить. И не приближайтесь к окнам. Маршрут построен?
— Маршрут... построен, — как ни странно, слова старика изменили моё восприятие и отупение сменилось азартом.
— Три, два, один, старт!
И мы помчали. К счастью, препятствий было немного: обломки рам и перевёрнутые стулья легко объезжались, а мелкое крошево стёкол лишь похрустывало под колёсами и ботинками.
— Стоп! — перед самым выходом скомандовал вдруг старик. — Да стой же! Он ещё жив!
Чуть не впечатав кресло в косяк двери, я всё же сумел остановить разбег без жертв. Посмотрел, куда указывал старик.
— Это игра! Новое задание — перенести пострадавшего мне на кресло. Выполнять! — голос старика вновь переключил меня от паники к действию.
Подошёл, подхватил, понёс. Васенька оказался на удивление лёгким. Шаг, другой — и тут раздался резкий скрежет: пристёгнутый к Васеньке цепью чемоданчик с вещами потащило следом.
— Тихо! Кейс подберите, нельзя шуметь! — старик не на шутку разволновался, пытаясь одновременно следить за окнами и за дверью. — Нас же могут услышать!
Я наклонился, чуть не выронив Васеньку, подцепил чемоданчик пальцем, охнул — он оказался неожиданно тяжёлым, перехватился поудобнее и посеменил, не разгибаясь, к нетерпеливо ожидающему старику.
— Осторожнее! Кладите его мне на колени! Да не кейс, Васеньку! Да не раскорякой, руки-ноги подберите, мешать будут в дверях. Кейс суньте между мной и Васенькой — он бронированный, хоть какая-то защита.
Пока я укладывал Васеньку, тот не издал ни звука, лишь хрипло дышал. Старик свободной от пистолета рукой споро пробежался по тельцу, пощупал шею.
— Живой. Видимо, взрывной волной оглушило и побило. Но кости целы, ран нет.
— А… Отто? — вспомнил я про охранника.
— Отто всё. Поехали.
— А…
— Новое задание. Довезти нас всех до эвакуационного лифта, меня — желательно живого, иначе лифт не откроется.
— Лифт?
— Запоминайте маршрут: налево по коридору, за поворотом справа будет светлая дверь, за ней будет технический коридор, в нём за дверью номер шесть-дробь-ноль-ноль — лифт. Запомнили?
— Налево, поворот, светлая дверь, коридор, шесть-дробь-ноль-ноль, лифт.
— Светлая дверь — справа! Повторите всё с начала.
— Налево, поворот, светлая дверь направо, коридор, шесть-дробь-ноль-ноль, лифт.
— Ладно. Ваша задача — везти меня тихо, быстро и, по возможности, аккуратно. Препятствия я беру на себя. Готовы? Поехали!
Отредактировано Иафет (Сегодня 16:31:08)
Представь картину: светлая приёмная, солнце во все окна сияет, а на контрасте — открытая дверь в кабинет, за которой темным-темно — и герою туда надо. Он УЖЕ видит темноту и ныряет в неё как в омут.