Герой

Землетрясение на горизонте шесть тысяч метров не рушит, а плавит. Резкое повышение температуры пород, окружающих поселение, вызвало взрывное давление воздуха. Пневмо-демпферы выкачали излишек за несколько секунд, но этих секунд хватило, чтобы восемьсот человек погибли от газовой эмболии и тысячи пострадали. Повезло тем, кто находился в герметичных отсеках. Одним из счастливчиков оказался Марк, готовящийся к сервису на горизонте четыре.
– Школа выдержала, – сообщила вошедшая с баллонами Сьюзен. – Эшли и Зак в порядке.
С неё градом лил пот, костюм инженера посерел от влаги. Помимо первичного нагрева отказали и вортексы – ни одна из трёх шахт не подавала напор. Колония быстро превращалась в печь.
– Хорошо. От медиков есть новости?
– Ханна на жидкостном дыхании, стабильна. Автономность медблока полтора часа, но пострадавшие всё прибывают. Привозят механиков с третьей насосной с ожогами – там рванули трубы.
Дети и жена Марка целы. Проблема в том, что если в ближайшее время надо прочистить хотя бы одну шахту. Не так для вортексов, как для запуска турбины. Всё жизнеобеспечение зависит от электричества. Будет оно, отвести тепло не станет проблемой.
Портативные реакторы ещё работают, однако они дают огромное количество тепла, которое, опять же, нечем стравливать на поверхность.
– Всё, – Дэвид отсоединил силовой кабель от среднего аккумулятора и принялся за малые для ретрансляторов. – Шестьдесят тысяч оборотов. Остальное доберёшь на спуске.
Кинетика стояла на тележке вместе с инструментами, кабелями, репитерами и взрывчаткой. Сьюзен доложила туда два баллона, ещё два зарядила в ниши скафандра, стоящего рядом раскрытым как «железная дева».
– Кислород – норма, но мне бы ещё скруббер заменить, – произнёс скаф внешними динамиками. – А куда азот, Сью?
– Сейчас всё узнаешь, здоровяк. Гони обратно высотный комплект.
Экипировка в разных частях утратила гладкость и плавность изгибов, выдвинулись модули, которые не пригодятся. Пока Марк сидел без дела, Сьюзен и Дэвид заменили комплектацию, в том числе сменив главный модуль на спине. Теперь вместо коробки скалолаза там будет усиленный кондиционер с «крыльями» радиатора. Азот нужен именно для него.
Скафандр озвучил очевидное:
– Так, значит, спуск. И пёсики не вернулись… Ага. Сегодня называйте меня Саб-Зиро.
Псами он именовал модули разведки, которые были использованы автономно ещё до его включения.
– Здоровяк, выбери себе другое.
– Мистер Фриз? Айсмен? Джек Фрост?
– Джек. Просто Джек.
– Ай, ну вас, никакой тяги к прекрасному.
Скаф не зря использует шутливый тон – пытается разрядить напряжённую атмосферу. Он в первые миллисекунды включения оценил положение. А положение хуже некуда.
Вокруг турбины, которую воскресить проще всего, температура воздуха поднялась уже до двухсот градусов. «Псы» смогли изучить шахту газоотвода только изнутри: пласты сместились, но не перекрыли её. Проблема в породе, которая расплавилась адиабатическим нагревом, упала сверху на штатно сработавший клапан да так и застыла. Следов попыток открытия клапана нет, а значит, повреждена автоматика вне шахты. Вот это и предстоит выяснить Марку. Только у него скаф уцелел вместе с блоком обслуживания, ещё двое специалистов находятся на иных горизонтах и быстро вернуться не смогут.
– Передашь нам картинку, – по десятому кругу инструктировал Дэвид, – И оценим ситуацию. Не забудь о репитерах.
– Постарась, – откликнулся Джек.
Марк улыбнулся.
– Если мы…
Шлюз в блок открылся, снова дыхнуло жарким воздухом снаружи. Все поднялись, приветствуя координатора Вивиан Стейс. Марку бросились в глаза запёкшиеся дорожки крови на её шее. Они резко контрастировали с седыми волосами и некогда белым воротником.
– Вольно, ребята. Как у нас дела?
– Готовность пять минут, – отрапортовал Дэвид.
Вивиан скосила взгляд вниз. Скорее всего, она попала под взрыв и сейчас ничего не слышит, а пользуется субтитрами ментата.
– Хорошо, – координатор осмотрела их всех, в том числе скаф. – Я так понимаю, объяснять, что сейчас судьба колонии зависит от вас не нужно.
– Никак нет, мэм.
– Мы всё сделаем, – пообещал Марк.
Координатор устало села на скамью.
– Вы не против, если я отдохну у вас? Полжизни за кусочек льда.
– Мэм, – «ожил» Джек. – Да я бы с удовольствием вас обнял и охладил.
Через секунду она посмотрела на раскрытый скафандр и коротко рассмеялась. Затем начала водить руками перед собой, управляя виртуальной панелью. Команда продолжила подготовку.
Спустя пять минут всё действительно было готово. Марк вошёл в скаф, Дэвид и Сьюзен закрыли его. Дэвид начал облачаться в лёгкий скафандр поддержки.
– Герметичность полная.
Проверка систем и в путь.
Вокруг блока вобралось много народу. Некоторые обливали себя водой, чтобы охладиться. Когда Марк проходил мимо они поднимали кулаки к груди, приветствовали и желали хорошего выхода.
– Удачи, Марк!
– Вниз и вверх!
До самого внешнего шлюза. Там собралась уже другая команда – связисты и прокладчики. Но были и узнаваемые лица из правления и СБ.
Никаких церемониальных задержек. Марк и Дэвид, тянущий тележку, вошли в камеру. Звуки внутри скафа стали на полтона выше из-за работы систем охлаждения.
После шлюзования пошли к лифту номер пять. Рядом с ним уже стояла антенна первого репитера.
«Я буду контролировать всё сверху» – сказал Дэвид по связи. – «Спуск-заряд»
Он втащил тележку в лифт и подключил силовой кабель кинетического АКБ к одной из розеток.
– Сообщи, если Ханна очнётся.
«Конечно»
Дэвид положил руку Марку на плечо.
«Вниз и вверх, дружище»
– Вниз и вверх.
«Когда вернёшься, я буду ждать тебя со стаканом ледяной воды»
– Я запомнил.
Он приложил кулак груди, хотя раньше в сентиментальности не был замечен. Марк ответил ему тем же, и створки лифта закрылись. Клетка дёрнулась и пошла вниз.
– Настройки безопасности сняты. Это не очень хорошо, Марк. Вернёшь мне хотя бы первый уровень?
– Не сегодня, Скай.
Балагурство с именем Джек всего лишь шутка внутри поселения. Настоящее имя скафандра, данное ему Марком – Небо.
– Понял. Тряхнуло знатно в этот раз, правда?
– Увы.
– Включить реку?
– Нет. Лучше найди Зака и Эшли, свяжись.
По мелькающим в свете фонаря крепежам кабелей на стенках шахты Марк оценил скорость спуска – около пятнадцати километров в час. Можно и быстрее, но дозарядить кинетику приоритетнее.  Энергии сейчас дефицит, и каждый киловатт в колонии пока важнее выигранных минут.
– Они в школьном изоляторе.
На узком смотровом стекле возникла картинка небольшой ярко освещённой комнаты с людьми, животными и разными игровыми стендами. Рядом с камерой взволнованные мальчик семи лет и девочка пяти.
– Как дела, разбойники?
– И вовсе мы не…
– Ты где, пап? – перебил сестру Зак.
– На работе, где ж мне ещё быть? – рассмеялся Марк и подмигнул. – Не переживайте, скоро всё починим.
– Ну ладно.
– Привет, Скай, – влезла в кадр Эшли.
– Привет-привет. Слышал ты физику не тянешь. Наверное не хочешь, чтобы я тебя покатал?
– Да там амперметр неправильно подключила – ерунда. Расчёты были верные.
– Ну-ну, ты и мне закоротишь что-нибудь… У-чись!
Марк говорил с ними пока приёмник ещё мог транслировать сигнал. В конце только аудио. Рассказал им о маме, что пока она не сможет поговорить с ними, но скоро оправится и позвонит. Кажется, удалось их успокоить.
– Ладно, Зак, Эшли, папе нужно покрутить ключами. Слушайте воспитателей.
– Хорошо, – протянули они вместе.
– И Зак, позаботься о сестре и маме пока я не вернусь.
– Слушаюсь, сэр.
Первый переход на горизонте семь триста. Клетка начала замедляться, передавая на кинетическую АКБ в разы больше энергии. Дальше вниз шахта повреждена и нужно менять лифт.
Марк установил ретранслятор, запитав его от кинетики поменьше. Сразу установилось хорошее соединение.
«Первая контрольная точка» – дежурно сообщил Дэвид. – «Ставь вторую антенну у лифта номер три».
Марк протянул кабель и установил репитер выше уровня проёма для лифта. Сама клетка находилась в коридоре. Он подсоединил кабель к розетке ввода, Скай отдал команду на расконсервацию. Загудели сервоприводы, смещая конструкцию по направляющим в шахту.
«Вторая контрольная. Ставь на заряд»
Всё повторилось с той лишь разницей, что спуск был намного короче. Репитеры, новый лифт и снова.
– Шаг вперёд, Марк. Мы греем проводку.
Марк отступил. Металлический шлейф лифта, рядом с которым оказались радиаторы кутался в мареве. За бортом двести пять по Цельсию, но «крылья» раскалялись до трёхста и выше, сбрасывая тепло в окружение.
«Контрольная пять» – доложил Дэвид, когда Марк установил репитер на горизонте восемь. – «С богом».
Глубина восемь километров последняя остановка, именно здесь находится клапан. Турбина ниже на двести метров, однако она должна быть целой как и система дублирующих клапан решёток.
Обе двери шлюза у лифтовой сорваны с петель и валялись снаружи – плохой признак.
По длинному коридору Марк достиг развилки к первому на очереди залу – аккумуляторному.
Его шлюз разрушен полностью, от двери остался только кусок оторванного металла в полу. За проёмом всё завалено обломками и скреплено оплавившимися камнями и металлом. В стенах вокруг шлюза будто черви наделали дыр, да так и застыли, наполовину высунувшись из них.
– Ты видишь?
«Да», – угрюмо ответил Дэвид. – «Мы видим. Поводи лучом»
С камер скафа всё транслировалось наверх, команда инженеров и их цифровых помощников анализировали погром. Пришёл очевидный ответ:
«Кинетика ушла в разнос. Не теряй времени, Марк, иди к автоматике»
Минус источник, питающий сервоприводы. Никто даже не предполагал, что такое возможно с тем запасом прочности, который в них закладывается.
– И поживее, – рекомендовал Скай. – Здесь под четыреста по Цельсию. Да и радиации немного фиксирую.
– Да, идём.
Разрушения и оплавленные дыры – результат взрыва маховика. Это не пятидесятикилограммовая средняя кинетика как у Марка на тележке, а двухтонный колосс. Энергия детонации была таковой, что осколки прошили метровую стену из базальта как дробь бумагу.
Скорее всего, магнитные ловушки не удержали ротор в момент подземного толчка. Ну а дальше ад, безвозвратно лишивший клапан автономного питания.
А клапан живился от четырёх источников: главной турбины внизу, меньшей турбины выше в стволе шахты, кабелей от колонии и разорвавшегося АКБ. Турбины не работают, ведь клапан перекрыл поток раскалённых газов, а дроссели подачу воды. Кабели нагреты, сопротивление в них огромное и у поселения не осталось потенциалов, способных доставить нужную мощность на горизонт восемь тысяч. В соседнем зале есть ещё резервный АКБ, но тот на консервации и не разогнан. Чем тянуть лепестки клапана неясно.
Через пару минут Марк вошёл в большое помещение со множеством колонн. В дальнем конце фонарь высветил неповреждённую стенку шахты с тремя бронедверьми на разной высоте.
Панели управления находились в центре, рядом с самыми крупными опорами. Марк запитал оборудование от своей средней кинетики. На экранах начала появляться информация о состоянии систем. Сервоприводы, датчики, охлаждение – номинально. Питание – отсутствует. Ну хотя бы всё в рабочем состоянии.
На клапане лишние шестьдесят три тонны, сто пятьдесят килограмм из которых – «псы».
Марк открыл нижние двери механическим воротом. Разведчики находились сразу по другую сторону уже в транспортном положении. За ручки как чемоданы Марк внёс их в обратно в машинный зал.
Всё как было на проекции отчёта: каменный блин средней высотой сантиметров семьдесят и диаметром пятнадцать метров укрыл собой две трети клапана. Большую часть расплавленной массы задержали крестовые распорки, установленные в шахте со сдвигом друг к другу через каждые десять метров. Порода не упала с огромной высоты на разгоне, а пролилась по этим «ступенькам». Луч фонаря высветил застывший на нижней распорке камень, он висел там как мягкие часы Дали на ветке.
– Температура двести семьдесят, – напомнил Скай. – И продолжает расти.
Марк проложил кабель внутрь шахты, начал сверлить в каменном наплыве дыры под заряды. Эта порода послужила раствором, скрепившим лепестки клапана, нужно его максимально разрыхлить.
«Хорошо двигаетесь» – подбадривал Дэвид.
– Вы уже просчитали пусковой ток?
«Парни занимаются. Но всё равно до подрыва это случайная цифра, ты же понимаешь»
Марк слишком хорошо знал Дэвида, чтобы не распознать ложь. Они там уже представляют какую мощность нужно будет выдать – превышаю лимиты в распоряжении Марка.
Отверстия делались вдоль кромки соединений. Внутрь каждого заряд триаминотринитробензола, плюс взрыватели, кабелем связанные между собой и механическим таймером.
Время было рассчитано с запасом, и не зря. Марк едва успел закрыть двери мускульными усилителями скафандра – из-за разницы давлений в турбинной шахте и шахтах лифтовых. Раньше их разделяли шлюзы, но взрыв в аккумуляторной разрушил весь каскад отсеков.
Рвануло спустя тридцать секунд после закрытия. О толстые стенки из халстеллоя обломки ударили как в колокол.
Марк обождал, когда прекратится камнепад и снова открыл дверь. Эхо взрыва, отражаясь от крестовин в тёмной вышине металось по шахте. Пыль быстро всосало в аппаратную, очистив вид.
«Пройдись по швах, Марк»
Он сдвинул несколько камней, чтобы получше взглянуть на кромки лепестков. Проверил остальные. Взрыв снёс верхний слой, но порода затекла в соединения и ничем её оттуда не выдрать.
– Как расчёты, Дэвид? Выкладывай.
«Мы готовим два АКБ, Марк. Спустим тебе их по шахте. Нужно только подождать»
– Сколько?
«Полчаса»
Марк три раза быстро моргнул, перед его взглядом появилась виртуальная панель ментата. Через неё он отключил микрофон дальней связи.
– Откуда они возьмут энергию, Скай?
– Ты и сам знаешь. Больше неоткуда.
Жилые блоки. Через полчаса находиться на открытом воздухе колонии будет невозможно, только в блоках и изоляторах, которых единицы. А чем больше людей рассосредоточат по другим блокам, тем выше риск их гибели от отказа систем охлаждения. И расход энергии на кондиционирование растёт экспоненциально по мере общего нагрева колонии. Это тот случай, когда минуты дороже киловатт.
«Марк?»
– У нас сейчас хватит мощности?
«Марк, ты слышишь? Приём»
– Скай. Я спросил хватит ли у нас мощности.
– Да, – выдавил он и быстро добавил: – Но я советую дождаться аккумуляторов.
«Пожалуйста, ответь, Марк. Дружище»
– Мы не зря их не брали изначально. А теперь дай мне расчёты, – он включил микрофон. – Я на связи, Дэв. Думаю.
«Слушай, мы сделаем это. Всё будет в порядке. Трать заряд по минимуму, не двигайся»
– Окей.
«Хорошо. Хорошо»
– Доклад. Две солевые батареи нагреты и готовы, мы сможем взять с них по шесть киловатт в течении минуты. Из кинетики на пике десять киловатт максимум, потом обмотка начнёт плавиться.  Сорок секунд оба генератора сжатого воздуха смогут выдавать до пяти киловатт. У нас ещё три малых кинетических по двести ватт. Если взять с них больше, обмотка сгорит сразу.
Марк кивал головой по мере перечисления. Всего тридцать два киловатта шестьсот ватт – такую мощность он сможет выдать на сервоприводы.
– У тебя есть доступ к расчётам пускового тока?
– Да, – коротко ответил Скай.
– Ну?
– Если двигать лепесток, который меньше всего скреплён с другими, мы попадаем в сорокапятипроцентный шанс размыкания. Помимо камня клапан держит в пазах давление снизу, на это тоже нужна энергия.
– А если снять ограничители кинетики? Нам ведь нужно только разлепить эту заразу, да? И немного протянуть, чтобы травления хватило для запуска турбины.
Скай заговорил не сразу, и осторожно, будто каждое слово ронялось на минное поле:
– Мне эта идея не нравится, Марк. Без кинетики ты не протянешь до запуска турбины.
– Это не так важно как…
«Эй-эй-эй, Марк, не вздумай шутить с а-ка-бэ. Ты слышишь?!»
Видимо, Скай всё передал наверх.
«Мы уже почти готовы, мы…»
Марк через панель отключил крайний ретранслятор, связь прервалась.
– Давай считай. И… Джек Фрост, ты, кажется, забыл ещё о двух источниках.
– Каких? – безрадостно спросил Скай.
– Азот в наших крыльях и холод в скафандре. Сколько ты ещё сможешь выжать на турбине хладоконтура и эффекте Зеебека?
– Три и пять киловатт плюс шестьсот ватт.
– Сколько всего?
– Мы в шансе восемьдесят семь процентов.
Ещё баллоны в тележке, но в скафандре попросту не хватит на них турбин. Они пойдут в зачёт длительности работы генераторов – чтобы раскрыть лепесток как можно шире. Марк запитал одного разведчика, чтобы он в нужный момент вынул пустые баллоны и вставил полные.
– Марк, я никогда ни о чём тебя не просил. Но сейчас прошу: дождись новых ёмкостей.
– Прогнозы смертей для получаса.
– Я не понимаю.
– Сколько людей погибнет в колонии за это время?
Он не ответил.
– Скай. Сколько?
– От тридцати до двухсот, – формально произнёс он. – Всё зависит от того, решатся ли координаторы затопить колонию водой из третьего и четвёртого резервуаров.
– А для сорока минут?
– До полутысячи.
Все эти расчёты он сделал ещё до отключения репитера, и всё равно настаивал на ожидании.
– Вот и ответ, Скай. Готовимся.
– Как скажешь, Марк. И включи ты уже связь, там все с ума сходят.
Дэвид не воспринял план Марка хорошо, однако разрешения у него никто не спрашивал.
Подготовка не заняла много времени. Подключили кабели к среднему и малым АКБ на тележке, к скафандру. В нишу одного из разведчиков встала разогнанная батарейка кинетики, одна из трёх запасных для репитеров.
Прежде чем начать, Марк записал короткое прощальное сообщение для жены и детей. На этом всё.
– А вот теперь включай реку и заводи всё. Скай?
– Ещё минуту. Я должен всё чётко синхронизировать.
На обзорном стекле возникло изображение спокойной реки на закате. Берега заросли зеленью, только протоптанная в траве дорожка к деревянному мостку. Послышалось журчание воды и пение птиц.
Это видео тридцать пять лет назад записал сам Марк – в последний свой день на поверхности. Спустя месяц Туча украла у людей солнце и звёзды.
– Готов, Марк?
Детям, родившимся под землёй намного проще, они не знают иного, они не видели бесконечный горизонт собственными глазами. Марк видел. Увы.
– Да.
Системы скафа засвистели, загудели, завибрировали. Задрожал пол от натужной работы сервоприводов. Температура начала быстро падать из-за испарения газов на турбины.
Изо рта выдыхался видимый пар. Он оседал на стекле и тут же застывал изморозью. Картинка реки стала размытой, затем лишь пятна света и тени были различимы.
Раздался резкий звук, словно о стенку шахты вновь ударил взрыв. Затем как долгий сиплый вздох великана.
– Лепесток освобождён.
– Выведи на личный.
Марк активировал виртуальную панель, которая транслируется внутрь глаза. Он мог видеть её даже с закрытыми веками. Но было сложно сосредоточиться – его неконтролируемо затрясло от резкого холода.
Лёгкие обжигало морозным воздухом. Он задержал дыхание.
Как только весь азот ушёл из модуля кондиционирования, температура начала стремительно повышаться. Со обзорного щитка соскользнул слой льда.
Через минуту опустели баллоны. «Пёс», выполняя алгоритм, вытянул пустые и вставил полные баллоны.
– Солевые – всё.
– Вижу.
А вот кинетика ещё держалась. При замене баллонов нагрузка с её генератора снялась, ведь даже выдаваемые им пятнадцать киловатт не могли тянуть стотонный лепесток в одиночку. Только когда заработали турбины в скафе, он снова двинулся на раскрытие. Но как-то слишком медленно.
Марк проверил системы.
– Скай… Скай какого хрена?!
Скаф подавал азот не на вторую турбину, а снова в модуль. И больше не генерировалась энергия поверхностью скафандра на разности температур. Иначе бы Марка изжарило за считанные секунды.
– Скай, всё на турбину! Приказ!
Он не отвечал.
Марк ощутил себя как в духовке. Температура на борту всё равно накапливается очень быстро. Резкий переход от мороза к жаре не позволял в полной мере ощутить жар, но это всего лишь иллюзия, тепловой удар близко.
Через панель Марк активировал аварийный сброс азота на турбину. Та свистнула и умолкла. Панель стала неактивной, чего случиться попросту не могло.
– Это ты… – голова закружилась. – Ты сделал, Скай?
Части скафандра были плотно подогнаны к телу, но Марк всё равно немного провалился в него, когда ослабли ноги. Он на грани потери сознания от перегрева.
Снова раздался свист. Но на этот раз не внутри корпуса, а снаружи – из шахты. Словно… Нет, там сейчас не могло быть настолько сильного потока. Но тогда что это?
Теперь лёгкие обжигало тепло. Марк дышал часто-часто. Он пытался подняться до обзорного щитка, однако у него не получалось.
Сквозь нарастающий гул раздался скрип и вой металла. А затем его руки и ноги начали плавиться, и Марк провалился в темноту.
***
Марк очнулся на пару секунд. Обмякший внутри скафа он взглянул сквозь обзорный щиток – в ярко освещённой шахте лифта на него ползли то ли змеи, то ли кабели. Всё быстро померкло, словно между Марком и фонарями активировалась Туча.
***
Настоящее пробуждение случилось в медблоке. Спустя полминуты в боксе появилась медсестра, приветствовала Марка и вышла.
Несколько минут он боролся с желанием вдохнуть – это не получился, ведь его лёгкие на жидкостной циркуляции, как и у жены сразу поле землетрясения. Рот и нос укрыты, из маски трубки прячутся не поля зрения.
Через двадцать минут в тесной комнатке было не протолкнуться от людей. Кроме Сьюзен и Дэвида целая делегация из инженерного корпуса и правление в усечённом составе.
Общение через ментат. Если присутствующая здесь Вивиан раньше «слушала» через него, то сейчас Марк через него говорил. Кстати, у уха координатора уже красовался временный слуховой имплант.
Его спас Скай. Его изолировали от скафа на карантин. Он не просто отказался исполнять приказы Марка, но взломал сети колонии и подал воду под турбину вопреки протоколу безопасности. Частично убранный лепесток клапана выгнуло потоком раскалённых газов и пара. Теперь клапан ещё долгое время не сможет закрыться полностью.
Однако в колонии появилось электричество на драгоценные минуты раньше. И, что более важно именно для Марка, ожил и машинный зал на горизонте восемь. Скай тоже отрубался на короткое время, но через взломанный ментат Марка оставил команду «псу» на переподключение кабелей.
Скаф получил энергию, когда его пилот всё ещё был жив. Ну а дальше зарядка уцелевшей кинетики, подъём, медблок для Марка и карантин для Ская. Им обоим ещё зададут вопросы: как так вышло, что цифровой помощник смог взломать критические системы. Что-то в его модулях обновлений, добавленных Марком за годы службы, не соответствует заявленным параметрам.
Всё это стало известно в основном от Дэвида. Однако ранее молчавшая координатор решила поговорить с Марком лично.
– Оставьте нас наедине, – попросила Вивиан.
Её помощники, медсестра и инженеры ушли. Координатор проследила за ними и как только створки двери сомкнулись, из неё будто выдернули стержень. Она устало глянула на Марка.
– Твой скаф скоро вернут. Без редактуры.
«А изъян?» – Марк печатал взглядом и слушал собственный голос со стороны.
– Изъян не в твоих модификациях. Он вот здесь, – Вивиан постучала себе по виску. – У цифровых помощников специалистов би-плюс и выше есть протокол на выход из подчинения.
Марк специалист А-класса, труднозаменяемый, во всей колонии есть только шесть работников его квалификации.  И чтобы искусственный интеллект был заранее настроен на неисполнение прямых приказов?
«Зачем?»
– Глубинный синдром. Мы потеряли слишком много оборудование и ещё больше людей из поколений до спуска.
«Думаете, я хотел смерти?»
– Думаю, так подумал Скай. И проявил поразительную изобретательность, спасая тебе жизнь. Сделай ему полировку в качестве благодарности, – Вивиан подмигнула. – И себе… Не знаю. Пойди в бар, напейся.
«Странный совет от координатора»
– Ты помнишь его?
Резкий поворот разговора сбил Марка с толку.
«Кого?»
– Небо.
«Да. Я был мальчишкой, когда началось переселение»
– А-а, закат, – она подняла взгляд в потолок. – Ты знаешь, Марк, а я была на поверхности, когда Туча закрыла солнце.
Вивиан щёлкнула пальцами.
– Вот так. Был день, стала ночь. Самая тёмная и самая долгая ночь из возможных. Но в последний миг всё стало ярким как на старых симуляциях. Это было… – она прикрыла веки и покачала головой. – Лучше бы я этого не видела.
«Мэм?»
Координатор, вдруг, стала выглядеть согласное своему настоящему возрасту. Ей около семидесяти. Возможно, даже больше.
– У тебя есть вопрос.
«Вы же координатор. Вы должны знать больше других. Должны знать причину всего. И мне нужно знать»
Сквозь трубки, по которым циркулировал перфторан, Вивиан изучающе смотрела на него. Долго.
– Нужно, – согласилась она в итоге. – И я знаю больше других, да. И вот тебе всё моё знание как координатора.
Наклонившись вперёд, Вивиан посмотрела в глаза Марку и убийственно серьёзным тоном произнесла:
– Причина всему есть. Она существует. Для ночи Серебряных Слёз. Для Чёрного Дня. Для Тучи. Для нашей жизни как кротов. И будет причина для подъёма.
«Вниз и вверх, да?»
Вивиан склонила голову набок, сощурилась.
– Думаешь мне не насрать на твой скепсис?
Она рассмеялась, наблюдая за реакцией ошарашенного Марка. Однако в конце её лицо сделалось жалостливым.
– Я была на твоём месте, Марк. И выбрала веру в подъём. Был ли этот выбор верным? Я не знаю. Лишь хочу уберечь тебя от недель и месяцев копаний в себе, – Вивиан грустно улыбнулась. – Мы и так глубоко, чтобы ещё дальше углубляться, верно?
Координатор встала и направилась к выходу.
– Поверь или пади, Марк, – сказала она, не оборачиваясь. – Это твой выбор. Но знай одно: когда последний из нас исчезнет, остальные могут уже и не захотеть подняться в назначенный час.